Остров доброты татьяны бонне icon

Остров доброты татьяны бонне




Скачати 312.32 Kb.
НазваОстров доброты татьяны бонне
Дата02.09.2013
Розмір312.32 Kb.
ТипДокументи
1. /Фрейд Зигмунд/3Ф Зловещее.doc
2. /Фрейд Зигмунд/Freid-Rat 1.doc
3. /Фрейд Зигмунд/Kon (2) Френйд Я и Оно.doc
4. /Фрейд Зигмунд/Kon Френйд Я и Оно.doc
5. /Фрейд Зигмунд/Leonardo.doc
6. /Фрейд Зигмунд/~$ Бессознательное.doc
7. /Фрейд Зигмунд/~$ Массовая психология и анализ человеческого Я.doc
8. /Фрейд Зигмунд/Алфавитка книг ФРЕЙДА .doc
9. /Фрейд Зигмунд/Влечения и их судьба - Фрейд.doc
10. /Фрейд Зигмунд/Глава 16 в книге 4 из ПЕРЕНОС.doc
11. /Фрейд Зигмунд/Глава 17 из третьей книги Метапсихология.doc
12. /Фрейд Зигмунд/Глава 4 Основные принципы манипуляции сознания.doc
13. /Фрейд Зигмунд/З. Фрейд - Толкование сновидений.doc
14. /Фрейд Зигмунд/З. Фрейд - Три статьи по теории сексуальности.doc
15. /Фрейд Зигмунд/З. Фрейд Бессознательное.doc
16. /Фрейд Зигмунд/З.Фрейд Недовольство культурой 11.doc
17. /Фрейд Зигмунд/З.Фрейд Недовольство культурой.doc
18. /Фрейд Зигмунд/З.Фрейд По ту сторону принципа удовольствия.doc
19. /Фрейд Зигмунд/З.Фрейд-Влечения и их судьба.doc
20. /Фрейд Зигмунд/ЗФ - Человек Моисей и монотеистическая религия.doc
21. /Фрейд Зигмунд/ЗФ 1.doc
22. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Bessozn.doc
23. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Leonardo.doc
24. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Анализ конечный и бесконечный.pdf
25. /Фрейд Зигмунд/ЗФ БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ 1.doc
26. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Бессознательное.doc
27. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Будущее одной иллюзии.doc
28. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Будущее одной иллюзии.pdf
29. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Введение в ПА лекции.pdf
30. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Введение в психоанализ Лекции 1 - 15.doc
31. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Введение в психоанализ Лекции 16 - 28.doc
32. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Введение в психоанализ Лекции 29 - 35.doc
33. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Введение в психологию.doc
34. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Влечения и их судьба 1.doc
35. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Влечения и их судьба.doc
36. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Вытеснение.doc
37. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Гипноз .doc
38. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Гипноз 1.doc
39. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Дискуссия с посторонним.doc
40. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Достоевский и отцеубийство.doc
41. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Достоевский.doc
42. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Женственность.doc
43. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Заметки о случае обессивного невроза от СИ.doc
44. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Заметки о случае обессивного невроза.doc
45. /Фрейд Зигмунд/ЗФ История болезни Анны О.doc
46. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Йозеф Брейер никролог.doc
47. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ..doc
48. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Массовая психология 1.doc
49. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Массовая психология и анализ человеческого Я.doc
50. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Массовая психология.doc
51. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Метапсихологическое дополнение к учению о сновидениях.doc
52. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Механизм навязчивых идей и фобий.doc
53. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Мы и смерть.doc
54. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Мы и смерть.pdf
55. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Недовольство культурой.doc
56. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Недовольство культурой.pdf
57. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Некоторые замечания относительно понятия БСЗ в ПА.doc
58. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Несколько замечаний по повобу понятия БСЗ.doc
59. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Неудовольство культурой.doc
60. /Фрейд Зигмунд/ЗФ О ПРЕВРАЩЕНИИ ВЛЕЧЕНИЙ В ОСОБЕННОСТИ АНАЛЬНОЙ ЭРОТИКИ.doc
61. /Фрейд Зигмунд/ЗФ О параное 111.doc
62. /Фрейд Зигмунд/ЗФ О преврацении влечений в особенности анальной эротики.doc
63. /Фрейд Зигмунд/ЗФ О сновидении.doc
64. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ОЧЕРК ИСТОРИИ ПСИХОАНАЛИЗА 2.doc
65. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Об унижении любовной жизни.doc
66. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Остроумие и его отношение к бессознательному.doc
67. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Очерк истории ПА.doc
68. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Очерк истории психоанализа.doc
69. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Очерки об истерии.doc
70. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ПА религия культура.pdf
71. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ПОЛОЖЕНИЯ О ДВУХ ПРИНЦИПАХ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ .doc
72. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ППОЖ Забывание иностранных слов .doc
73. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Печаль и меланхолия 1.doc
74. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Печаль и миланхолия.doc
75. /Фрейд Зигмунд/ЗФ По ту сторону принципа Удовольствия.doc
76. /Фрейд Зигмунд/ЗФ По ту сторону принципа наслаждения.pdf
77. /Фрейд Зигмунд/ЗФ По ту сторону удовольствия.doc
78. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Положение о 2 принципах психической деятельности.doc
79. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Представление о мотивах и личности в ПА.doc
80. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Психология масс и анализ человеческого Я.doc
81. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Психопатология обыденной жизни.doc
82. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Разделение психической лекции Л 31.doc
83. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Ребенка бьют ......doc
84. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Ребенка бьют к вопросу о происхождении сексуальных извращ.doc
85. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Сексуальная жизнь человека.doc
86. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Сознание и бессознательное.doc
87. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Сочинен Строки биогр О снов Псих масс и анал чел Я.pdf
88. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Сочинения Строки биографии.doc
89. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Строки биографии.doc
90. /Фрейд Зигмунд/ЗФ ТРУДНОСТЬ НА ПУТИ ПСИХОАНАЛИЗА.doc
91. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Табу девственности.doc
92. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Теория личности.doc
93. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Толкование сновидений.doc
94. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Три статьи по теории сексуальности.doc
95. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Трудности на пути ПА.doc
96. /Фрейд Зигмунд/ЗФ УС Представлени о мотивах и личности в ПА.doc
97. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Человек Моисей и монотеистическая религия.pdf
98. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Этот человек Моисей.doc
99. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Этюды об истерии предисловия.doc
100. /Фрейд Зигмунд/ЗФ Я и Оно.doc
101. /Фрейд Зигмунд/ЗФ.doc
102. /Фрейд Зигмунд/Заметки о контрпереносе.doc
103. /Фрейд Зигмунд/Зигмунд Фрейд Введение в психологию.doc
104. /Фрейд Зигмунд/Оккупация Метапсихология.doc
105. /Фрейд Зигмунд/Печаль и меланхолия.doc
106. /Фрейд Зигмунд/Список Фобий и извращений.doc
107. /Фрейд Зигмунд/Фрейд БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ.doc
108. /Фрейд Зигмунд/Фрейд ДОСТОЕВСКИЙ И ОТЦЕУБИЙСТВО.doc
109. /Фрейд Зигмунд/Фрейд ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ..doc
110. /Фрейд Зигмунд/Фрейд ПСИХОЛОГИЯ МАСС И АНАЛИЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО Я.doc
111. /Фрейд Зигмунд/Фрейд Я и Оно.doc
112. /Фрейд Зигмунд/Фрейд- Человек Моисей и монотеизм.doc
Преследование касается не только моего способа мышлейй ния, но и моей расы, я с рядом друзей покинул город, • бывший мне с раннего детства и на протяжении 78 лей отечеством
Сознание и бессознательное
Психология масс и анализ человеческого я*
З. Фрейд «Леонардо да Винчи. Воспоминания детства» из кн. З. Фрейд «Психоаналитические этюды»
З. Фрейд «Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа». «Алетейя» спб. 1998г
Достоевский и отцеубийство
Печаль и меланхолия
Список различных фобий и извращений
Оккупация (пленённость, захваченность объектом)
Зигмунд Фрейд. Введение в психологию
З. Фрейд Заметки о контрпереносе
Отчет о начале лечения, данный Фрейдом, и дальнейшее его обсуждение в Венском Психоаналитическом обществе, заняли два вечера 30 октября и 6 ноября
Этюды об истерии
Зигмунд Фрейд Сборник произведений
З. Фрейд Этот человек Моисей
Уильям С. Буллит, Зигмунд Фрейд представления о мотивах и личности в психоанализе
Остров доброты татьяны бонне
Три статьи по теории сексуальности © Издательство «Алетейя» (г. Спб), 1998 г
Толкование сновидений Зигмунд Фрейд Из книги «Толкование сноведений», сборник произведений, Эксмо-Пресс 2000
З. Фрейд табу девственности
З. Фрейд: теория личности
З. Фрейд трудность на пути психоанализа
Строки биографии строки биографии
Строки биографии психология масс и анализ человеческого "Я"
Сознание и бессознательное См.: Фрейд З. Я и оно
З. Фрейд сексуальная жизнь человека
Зигмунд Фрейд. "Ребенка бьют": к вопросу о происхождении сексуальных извращений
Зигмунд Фрейд. "Ребенка бьют": к вопросу о происхождении сексуальных извращений
Лекции по психоанализу. М., С. 334-349. Зигмунд фрейд разделение психической личности (тридцать первая лекция)
З. Фрейд Психопатология обыденной жизни
З. Фрейд Психология масс и анализ человеческого Я
Уильям С. Буллит, Зигмунд Фрейд представления о мотивах и личности в психоанализе
Зигмунд фрейд
З. Фрейд По ту сторону удовольствия
По ту сторону принципа удовольствия
З. Фрейд Печаль и меланхолия
Печаль и меланхолия
З. Фрейд забывание иностранных слов
З. Фрейд положения о двух принципах психической деятельности
Этюды об истерии
Очерк истории психоанализа Зигмунд Фрейд Из книги «Толкование сноведений», сборник произведений, Эксмо-Пресс 2000 Не следует удивляться субъективному характеру предлагаемого «Очерка истории психоаналитического движения»
Зигмунд фрейд очерк истории психоанализа не следует удивляться субъективному характеру предлагаемого «Очерка истории психоаналитического движения»
З. Фрейд Остроумие и его отношение к бессознательному
З. Фрейд об унижении любовной жизни
З. Фрейд очерк истории психоанализа не следует удивляться субъективному характеру предлагаемого «Очерка истории психоаналитического движения»
Остров доброты татьяны бонне
Зигмунд Фрейд о сновидении
От редактора статьи
З. Фрейд недовольство культурой
Ii томе «Kleiner Schriften zur Neurosenlehre». О превращении влечений
З. Фрейд Некоторые замечания относительно понятия бесознательного в психоанализе
Остров доброты татьяны бонне
Невозможно отрешиться от мысли, что обычно люди меряют все ложной мерой: они
З. Фрейд мы и смерть
Остров доброты татьяны бонне
Механизм навязчивых идей и фобий
Книга З. Фрейд "Массовая психология и анализ человеческого "Я"
З. Фрейд Массовая психология
З. Фрейд «Леонардо да Винчи. Воспоминания детства» из кн. З. Фрейд «Психоаналитические этюды»
З. Фрейд Массовая психология
З. Фрейд Йозеф Брейер
Ii. Случай I. Истории болезней (Бройер и Фрейд) Фройлен Анн О. (Бройер)
З. Фрейд Заметки о случае обессивного невроза
Отчет о начале лечения, данный Фрейдом, и дальнейшее его обсуждение в Венском Психоаналитическом обществе, заняли два вечера 30 октября и 6 ноября
З. Фрейд женственность
З. Фрейд Дискуссия с Посторонним
Фрейд З. Достоевский и отцеубийство
Достоевский и отцеубийство
Статья из первого издания «Терапевтического лексикона практикующего врача», изданного доктором Антоном Бумом в 1891 году
Статья из первого издания «Терапевтического лексикона практикующего врача», изданного доктором Антоном Бумом в 1891 году
Остров доброты татьяны бонне
Остров доброты татьяны бонне
З. Фрейд влечения и их судьба
Введение в психологию
З. Фрейд введение в психоанализ
З. Фрейд введение в психоанализ
З. Фрейд введение в психоанализ
З. фрейд будущее одной иллюзии
Остров доброты татьяны бонне
З. Фрейд бессознательное
Что же это было, что мешало современникам понять личность Леонардо
Бессознательное
З. Фрейд человек моисей и монотеистическая религия
Примечание издателя
Влечения и их судьба
З. Фрейд «По ту сторону принципа удовольствия» из кн. ЗюФрейд «Я и Оно» М.: Зао изд-во эксмо-пресс; Харьков: Изд-во «Фолио», 1998 г. Стр. 711- 768
З. фрейд строки биографии
З. Фрейд «Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа». «Алетейя» спб. 1998г
З. фрейд строки биографии
Три статьи по теории сексуальности © Издательство «Алетейя» (г. Спб), 1998 г
Толкование сновидений Зигмунд Фрейд Из книги «Толкование сноведений», сборник произведений, Эксмо-Пресс 2000
Из третьей книги "Метапсихология", входящей в цикл "
Основные доктрины манипуляции сознанием § Технология манипуляции как закрытое знание
Определение
Название книг и статей
Влечения и их судьба
Что же это было, что мешало современникам понять личность Леонардо
Сознание и бессознательное
Сознание и бессознательное
3игмунд фрейд
Примечание издателя

ОСТРОВ ДОБРОТЫ ТАТЬЯНЫ БОННЕ:

http://kindnessisle.narod.ru/


Зигмунд ФРЕЙД


ВЛЕЧЕНИЯ И ИХ СУДЬБА


Нам часто приходилось слышать, что наука должна строиться на основании ясных и точно определенных исходных положений. В действительности никакая, даже самая точная, наука не начинает с таких определений. Настоящее начало научной деятельности состоит в описании явлений, которые впоследствии группируются, приводятся в порядок и во взаимную связь. Но уже при описании нельзя избе­жать того, чтобы не прибегнуть при обработке материала к помощи некоторых отвлеченных идей, ко­торые берутся из каких-либо иных источников, находящихся, несомненно, вне нового опыта. Еще необ­ходимее такие идеи, из которых впоследствии раз­виваются основные понятия науки, при дальнейшей обработке материала. Сначала они поневоле должны оставаться в известной мере неопределенными; о яс­ном и точном ограничении их содержания не может быть и речи. Пока они находятся в таком состоянии, смысл их определяется постоянной ссылкой на материал опыта, на основании которого они как будто бы создаются, между тем как на самом деле материал этот им подчиняется. Строго говоря, они имеют характер условности, при этом, однако, главная суть заключается в том, что они не выбираются произ­вольно, а решающее значение при выборе имеет их отношение к эмпирическому материалу, которое пред-


– 124 –


полагается еще раньше, чем его можно точно узнать и доказать. Лишь после того как основательно об­следована вся область изучаемых явлений, является возможность точно определить ее основные научные понятия и последовательно так изменять их, чтобы можно было применять их в большом объеме и освободить их вполне от противоречий. Тогда ока­жется своевременной формулировка их в точных определениях. Но прогресс познания не терпит и закоренелости формальных определений. Как пока­зывает блестящий пример физики, и сформулирован­ные в точных определениях основные понятия под­вержены постоянному изменению своего содержания.

Таким условным основным понятием, пока еще довольно туманным, но в психологии незаменимым, является влечение (Trieb). Попробуем с различ­ных точек зрения определить его содержание.

Сначала со стороны физиологии. Она дала нам понятие о раздражении (Reiz) и о рефлекторной схеме, по которой внешнее раздражение, действующее на живую ткань (или нервное вещество), посредством движения переводится наружу. Это движение целесо­образно, так как избавляет раздражаемое вещество от действия раздражителя, удаляет это вещество из среды влияния раздражения.

Как же относится «влечение» к «раздраже­нию»? Ничто не мешает нам подвести понятие о влечении под понятие раздражений: влечение есть раздражение для психического. Но с самого начала мы не станем отождествлять влечение и психическое раз­дражение. Несомненно, что для психического имеются еще и другие раздражения, кроме раздражений вле­чений, такие раздражения, которые имеют гораздо больше сходства с физиологическими. Если, например, на глаз попадает яркий свет, то это не будет раздра­жением характера влечения; но таковым будет сухость


– 125 –

слизистой оболочки глотки или раздражение кислотой слизистой оболочки желудка.1

Итак, у нас имеются фактические данные отличать раздражения влечений от раздражений иного рода (физиологических), влияющих на психику. Во-пер­вых, раздражение влечения исходит не из внешнего мира, а изнутри организма. Поэтому оно и влияет иначе на психику и для устранения своего требует иных действий. Далее: все существенное для харак­теристики раздражения заключается в положении, что оно действует как единичный толчок; в таком случае оно может быть устранено единичным целесообразным движением, типичным примером которого является бегство от источника раздражения. Разумеется, такие толчки могут повторяться и суммироваться, но это ничего не меняет в нашем представлении о процессе и об условиях устранения раздражения. Влечение же, напротив, никогда не производит действия мгновен­ного толчка, а всегда постоянной силы. Так как оно действует не извне, а изнутри организма, то против него не в силах помочь никакое бегство. Раз­дражение влечения лучше называть «потребнос­тью», а то, что удовлетворяет этой потребности, «удовлетворением». Оно может быть достигнуто только целесообразным (адекватным) изменением ис­точника внутреннего раздражения.

Вообразим себя в положении почти совершенно бес­помощного, не ориентирующегося в мире живого суще­ства, воспринимающего раздражения при помощи нервной системы. Это существо скоро окажется в таком положении, что должно будет начать различать воспри­нимаемые им раздражения и ориентироваться в них.


1 В тех случаях, разумеется, когда эти внутренние про­цессы являются органической основой потребностей — жажды и голода.


– 126 –

С одной стороны, оно будет воспринимать раздраже­ния, от которых сможет избавиться посредством мус­кульного действия (бегства), и эти раздражения оно будет относить к внешнему миру; а с другой стороны, оно будет испытывать и такие раздражения, по отноше­нию к которым такое действие окажется бесполезным, которые, несмотря на это действие, сохраняют свой ха­рактер непрерывного напряжения; эти раздражения яв­ляются признаком внутренней жизни, доказательством потребностей влечения. Воспринимающее вещество жи­вого существа сможет, в зависимости от действитель­ности своей мускульной деятельности, различать «внешнее» и «внутреннее».

Итак, мы сначала открываем сущность влечения в его главных признаках, в происхождении из источника раздражения внутри организма, в проявлении в виде постоянной силы, и отсюда выводим один из его даль­нейших признаков, состоящий в том, что бегством не­возможно избавиться от его действия. При этом изыс­кании наше внимание должно было быть обращено на одно обстоятельство, заставляющее нас еще кое в чем признаться. Мы не только привносим в материал наше­го опыта известные условности в виде основных поло­жений, но пользуемся также некоторыми сложными предположениями, чтобы руководствоваться ими при научной обработке мира психологических явлений. На самое важное из этих предположений мы уже ука­зали, остается только особо подчеркнуть его. По при­роде своей оно относится к области биологии, пользу­ется понятием тенденции (или же целесообразности) и гласит: нервная система представляет из себя аппарат, на который возложена функция устранять доходящие до нее раздражения, низводить их по возможности до самого низкого уровня, или же, если бы это только ока­залось возможным, этот аппарат стремится к тому, что­бы вообще избегать каких-либо раздражений. Пусть


– 127 –


нас пока не смущает неопределенность этой идеи, и припишем нервной системе назначение следующее: справляться с раздражениями. Тогда мы за­мечаем, насколько введение влечений усложняет про­стую физиологическую рефлексорную схему. Внешние раздражения выдвигают задачу избавиться от них, а это совершается посредством мускульных движений, из которых одно в конце концов достигает цели и, как целесообразное, становится наследственным предрас­положением. Возникающие внутри организма раздра­жения влечений не могут быть устранены при помощи такого механизма. Они предъявляют к нервной системе гораздо более высокие требования, побуждают ее к сложным последовательным действиям, настолько из­меняющим внешний мир, что он делает возможным удовлетворение внутренних источников раздражения; но, главным образом, они заставляют нервную систему отказаться от своей идеальной цели — устранения вся­ких раздражений, так как неизбежно поддерживают беспрерывный приток. Мы имеем поэтому основание заключить, что именно они, влечения, а не внешние раздражения, являются настоящим двигателем про­гресса, который довел до современной высоты развития столь бесконечно работоспособную нервную систему. Разумеется, ничто не мешает полагать, что сами влече­ния, по крайней мере отчасти, представляют из себя осадки влияния внешних раздражений, которые в ходе филогенетического развития вызвали изменения в жи­вом веществе.

Если мы, далее, находим, что и деятельность са­мых высоких по своему развитию душевных аппара­тов также подчиняется принципу наслаждения (Lustprinzip), т. е. автоматически регулируется ощущениями наслаждения (Lust) и неудовольствия, неприятности (Unlust), то мы с трудом сможем отка­заться от дальнейшего предположения, что эти ощуще-


– 128 –

ния отражают именно тот способ, посредством которого происходит преодоление раздражения. Это нужно по­нимать, несомненно, в том смысле, что неприятные ощущения связаны с повышением раздражения, а при­ятные ощущения наслаждения — с понижением его. Но мы не должны забывать, что это предположение содержит очень большую неопределенность до тех пор, пока нам не удастся постичь, какого рода взаимоот­ношения существуют между приятным-неприятным (Lust-Unlust) и колебаниями в величине действующего на душевную жизнь раздражения. Несомненно, что тут возможны очень разнообразные и далеко не простые отношения.

Если мы начнем с биологической точки зрения рас­сматривать душевную жизнь, то «влечение» пока­жется нам понятием, стоящим на границе между душев­ным и соматическим, психическим представителем раз­дражений, исходящих из внутренностей тела и прони­кающих в душу, мерилом работы, которая требуется от психики вследствие ее связи с физическим.

Далее мы можем обсудить некоторые термины, употребляемые по отношению к понятию влечения, как-то: импульсивное напряжение, цель, объект, ис­точник влечения.

Под напряжением (Drang) влечения пони­мают его двигательный момент, сумму силы или ме­рило требуемой работы, которую он олицетворяет. Признак импульсивного напряжения составляет общую особенность всех влечений, самую сущность их. Вле­чение представляет из себя известную долю активно­сти; если, не совсем точно выражаясь, говорят о пас­сивных влечениях, то под этим можно понимать только влечения с пассивной целью.

Целью влечения всегда является удовлетворение, которое может быть достигнуто только посредством устранения состояния раздражения в источнике вле-


– 129 –


чения. Но если даже эта конечная цель и остается неизменной для всякого влечения, то все же к одной и той же конечной цели могут вести различные пути, так что у какого-нибудь влечения могут явиться раз­нообразные и более близкие промежуточные цели, которые могут комбинироваться друг с другом или заменять друг друга. Опыт позволяет нам говорить о влечениях с задержкой в достижении цели (Zielgehemmte) при таких процессах, при которых допускается известная часть удовлетворения влечения, а затем наступает задержка или отклонение от цели. Можно допустить, что и с такими процессами все же связано частичное удовлетворение.

Объектом влечения является тот объект, на котором или посредством которого влечение может достичь своей цели. Это самый изменчивый элемент влечения, с ним первоначально не связанный, а при­соединенный к нему только благодаря его свойству сделать возможным удовлетворение. Объектом не дол­жен быть непременно посторонний предмет, а может быть также и часть собственного тела. В течение жизненной эволюции влечения объект может меняться сколько угодно раз; эта способность влечения пере­мещаться с одного объекта на другой может сыграть самую большую роль. Может случиться и так, что один и тот же объект служит одновременно для удовлетворения нескольких влечений: по A. Adler'y, это случай сплетения влечений (Triebver­schränkung). Особенно тесная привязанность вле­чения к объекту отмечается термином фиксации. Час­то такая фиксация создается в очень раннем периоде развития влечения, и этим кладется конец его по­движности, так как такая фиксация очень сильно сопротивляется отделению влечения от объекта.

Под источником влечения понимают тот сома­тический процесс в каком-либо органе или части тела,


– 130 –

раздражение которого в душевной жизни воплощается во влечении. Неизвестно, всегда ли это процесс хи­мический, или он может соответствовать также и раз­витию других, например, механических сил. Изучение источников влечения уже больше не относится к об­ласти психологии; хотя происхождение из соматичес­кого источника и составляет самый решающий признак влечения, в душевной жизни мы его узнаём только по его целям. Для психологического исследования не требуется обязательно точного знания источников вле­чения. Иной раз можно, зная цели влечения, с полной уверенностью сделать заключение о природе и харак­тере его источников.

Следует ли предполагать, что различные влечения, исходящие из телесного и действующие на психичес­кое, отличаются различными качествами, и поэтому в качественном отношении роль их в душевной жизни тоже различна? Для этого как будто нет достаточных оснований; вполне удовлетворительным кажется пред­положение, что все влечения однородны и действие их зависит только от заключающейся в них величины возбуждения, быть может, еще и от некоторых функ­ции этой количественной величины. То, благодаря чему отличаются друг от друга психические влияния различных влечений, можно объяснить различием ис­точников этих влечений. Значение качества влечения может быть, во всяком случае, разъяснено только в дальнейшем изложении.

Какие влечения могут быть допущены и в каком количестве? В этом отношении, очевидно, может иметь место большой произвол. Ничего нельзя возразить против употребления следующих понятий: влечение к игре, влечение к разрушению, влечение к общитель­ности в тех случаях, когда этого требует предмет обсуждаемого вопроса и когда такое ограничение пси­хологического вопроса допустимо. Однако нельзя те-


– 131 –

рять из виду и вопроса о том, не допускает ли, с одной стороны, столь специализированная мотивиров­ка влечений дальнейшего разложения в отношении источников влечения, так что определенное значение может быть признано только за первичными, в даль­нейшем неразложимыми, влечениями.

Я предложил различать две группы таких первич­ных влечений: влечения «Я», или самосохранения, и сексуальные влечения. Но это до­пущение не имеет значения необходимой предпосылки, как, например, предположение о биологической тен­денции душевного аппарата (см. выше); это только вспомогательная конструкция, которая должна быть сохранена лишь до тех пор, пока она оказывается полезной, и замена которой какой-либо другой мало чем изменит результаты нашей описательной и клас­сификационной работы. Поводом к такому допущению послужила история развития психоанализа, который первым объектом своего исследования сделал психо­неврозы и именно ту их группу, которая должна быть названа «неврозами перенесения» (истерия, невроз навязчивости), и при этом пришел к выводу, что в корне всякого подобного заболевания лежит конфликт между требованиями сексуальности и «Я». Однако, все же возможно, что более глубокое изучение других невротических заболеваний (в первую очередь нарцис­тических психоневрозов: шизофрении) заставит изме­нить эту формулу и сделать новую перегруппировку первичных влечений. Но в настоящее время нам не известна эта новая формула, и у нас нет ни одного довода, говорящего против такого противопоставления влечений «Я» и сексуальных.

Я вообще сомневаюсь, чтобы можно было на осно­вании обработки психологического материала получить какие-либо решающие указания для разграничения и классификации влечений. Скорее кажется необходи-


– 132 –


мым привнести для этой обработки к имеющемуся пси­хологическому материалу определенные предположе­ния относительно деятельности влечений, и было бы желательно, чтобы была возможность позаимствовать эти предположения из другой научной области и пере­нести их в психологию. То, что дает нам в этом отно­шении биология, несомненно, не противоречит такому разделению на влечения «Я» и сексуальные. Биология учит, что сексуальность нельзя поставить в один ряд с другими функциями индивида, так как тенденции ее идут дальше существования отдельного индивида — они имеют своим содержанием появление новых инди­видов, то есть сохранение рода. Она показывает нам далее, что в одинаковой мере верно и правильно двоя­кое понимание взаимоотношений между «Я» и сексу­альностью: согласно одному взгляду, главным является индивид, сексуальность представляет из себя только проявление его деятельности, а сексуальное удовлетво­рение — одну из потребностей его; согласно друго­му — индивид представляет из себя только временный и проходящий придаток к будто бы бессмертной заро­дышевой плазме, доверенной ему родом.

Мнение, что сексуальная функция отличается осо­бым химизмом от других телесных процессов, состав­ляет, насколько я знаю, также одно из предположений Эрлиха в области биологических исследований.

Так как изучение влечений представляет непреодо­лимые трудности, если подходить к нему со стороны сознания, то психоаналитическое исследование психи­ческих нарушений остается главным источником наших знаний. Но, в зависимости от хода своего развития, психоанализ до сих пор мог дать нам более или менее удовлетворительные сведения только относительно сек­суальных влечений, потому что он мог наблюдать эту группу влечений при психоневрозах, как бы в изолиро­ванном виде. С распространением психоаналитических


– 133 –


исследований на другие невротические заболевания, несомненно, наши знания влечений «Я» станут более основательными, хотя, кажется, не следует ожидать, что в этой обширной области исследования условия окажутся столь же благоприятными для наблюдения, как в области неврозов перенесения.

По вопросу об общей характеристике половых вле­чений можно сказать следующее: они многочисленны, проистекают из разнообразных органических источни­ков, действуют сначала независимо друг от друга и лишь в более поздний период объединяются в более или менее совершенный синтез. Целью, к которой стремится каждый из них, является наслаждение, доставляемое органам (Organlust); лишь после того как синтез уже произошел, они начинают выполнять функцию сохранения рода, вместе с чем они получают признание как половые влечения. При первом своем появлении они присо­единяются к влечениям самосохранения, от которых отделяются только постепенно, и при нахождении объ­екта следуют по тому пути, который указывается им влечениями «Я». Часть их на всю жизнь остается присоединенной к влечениям «Я», снабжая их либидозными компонентами, которые при условиях нормальной функции легко могут быть не замечены и ясно проявляются только благодаря заболеванию. Они отличаются очень большой способностью заме­щать друг друга и легко могут менять свои объекты. Вследствие этого свойства они могут проявляться в такой форме, которая очень далеко ушла от их пер­воначальных целей (сублимирование).

Мы должны будем ограничить исследование во­проса о судьбе, которой подвержены влечения в своем развитии в течение дальнейшей жизни индивида, сек­суальными влечениями, так как последние нам лучше известны.


– 134 –


Наблюдения показывают нам, что эта судьба вле­чений может быть следующей:


Превращение в противоположное.

Обращение на собственную личность.

Вытеснение.

Сублимирование.


Так как я не намерен исследовать здесь вопроса о сублимировании, а вытеснению необходимо посвя­тить особую главу, то мне остается ограничиться опи­санием и обсуждением только двух первых пунктов. Принимая во внимание те мотивы, которые не дают возможности влечениям прямо проявляться, можно рассматривать судьбу влечений как своего рода от­ражение, защиту индивида против открытого про­явления этих влечений.

При ближайшем рассмотрении превращение в противоположное (Vегkehrung) распадается на два различных процесса, в поворот (Wеndung) влечения от активности к пассивности и в превращение содержания (Inhaltliche Verkehrung) его в противоположное. Так как оба процесса по существу своему различны, то их следует и рассмотреть отдельно.

Примерами первого процесса являются противопо­ложные пары: садизм — мазохизм и любовь к подгля­дыванию — эксгибиционизм. Превращение касается только целей влечения; вместо активной цели (мучить, разглядывать) становится пассивная: быть мучимым, разглядываемым. Превращение содержания в противо­положное имеет место только в одном случае превраще­ния любви в ненависть.

Обращеиие против собственной лич­ности становится нам понятным благодаря сообра­жению, что мазохизм представляет из себя садизм, обращенный против собственного «Я», а эксгибици-


– 135 –


онизм включает в себя также рассматривание и соб­ственного тела. Аналитические наблюдения не остав­ляют никакого сомнения в том, что мазохист на­слаждается истязанием самого себя, а эксгибицио­нист — обнажением своего тела. Сущность процесса составляет, таким образом, перемена объекта при неизменности цели.

Мы не можем не заметить, что в этих примерах сталкиваются или совпадают обращение против соб­ственной личности и обращение от активности к пас­сивности. Для выяснения взаимоотношения становится неизбежным более основательное исследование.

При противоположной паре садизм — мазохизм можно весь процесс изобразить следующим образом:

а) Садизм состоит в насилии, в проявлении сво­ей мощи (силы) по отношению к другому лицу как объекту.

b) От этого лица отказываются и замещают его самим собой. Вместе с обращением против самого себя совершается и превращение активной цели влечения в пассивную.

с) Снова ищется новое лицо в качестве объекта, которое должно взять на себя роль субъекта, вслед­ствие изменившейся цели.

Последний случай представляет из себя обыкно­венно так называемый мазохизм. Удовлетворение и при нем происходит путем первоначального садизма благодаря тому, что пассивное «Я» в фантазии ста­новится на свое прежнее место, предоставленное теперь другому объекту. Безусловно, сомнительно, бывает ли также прямое мазохистическое удовлетворение. Пер­воначального мазохизма, не развившегося описанным путём из садизма, по видимому, не бывает. Проявление же садистического влечения при неврозе навязчивости показывает, что предполагаемая ступень b не является излишней. Здесь имеет место обращение на самого


– 136 –


себя, без пассивности по отношению к новому лицу. Превращение достигает только ступени b. Страсть му­чить других превращается в самоистязание, наказание самого себя, но не в мазохизм. Активный глагол пре­вращается не в пассивный, а в возвратный.

Понимание садизма затрудняется еще потому, что это влечение наряду с достижением своей общей цели (быть может лучше: в пределах последней), по-види­мому, стремится еще к специальному действию. Наря­ду с унижением, преодолением он стремится причинять боль. Однако психоанализ как будто показывает, что причинение боли не играет никакой роли между пер­вичными активными проявлениями влечения. Сади­стический ребенок не принимает во внимание возмож­ности боли и не намеревается ее причинять. Но раз пре­вращение в мазохизм уже совершилось, то боли очень хорошо подходят к тому, чтобы составить пассивную мазохистическую цель, так как у нас имеется достаточ­но основании предполагать, что ощущения боли, как и всякие другие неприятные ощущения (Unlustempfin­dungen), передаются половому возбуждению и вызыва­ют состояние наслаждения (Lust), для которого можно охотно мириться с неприятностью боли. А раз ощуще­ние боли стало мазохистической целью, то возвратным путем может развиться и садистическая цель — причи­нение боли другому, которой можно наслаждаться, при­чиняя ее другому и одновременно мазохистически отож­дествляя себя со страдающим объектом. Разумеется, в обоих случаях испытывают наслаждение не от боли, а от сопровождающего ее полового возбуждения, что осо­бенно удобно переживать в роли садиста. Наслаждение болью является, таким образом, первоначально мазо­хистической целью, но оно может стать целью влечения только у первоначально садистического субъекта.

Для полноты освещения вопроса прибавлю, что сострадание не может быть описано как результат


– 137 –


превращения влечения при садизме, а должно быть понимаемо как реактивное образование (реакция, Reaktionsbildung) против влечения (от­носительно различия см. ниже).

К несколько иным, более простым результатам приводит исследование другой противоположной пары влечений, имеющих целью разглядывание и показы­вание себя (Voyeur и эксгибиционист на языке перверзий). И здесь можно установить те же ступени, как и в предыдущем случае: а) разглядывание в форме активного действия, направленного на посто­ронний объект; b) отказ от объекта, обращение вле­чения к разглядыванию собственного тела, а вместе с этим поворот к пассивности и появление новой цели: быть разглядываемым; с) введение нового субъ­екта, которому показываешь себя, чтобы «быть им разглядываемым». Вряд ли можно сомневаться в том, что активная цель появляется раньше, чем пассивная, что разглядывание предшествует показыванию себя. Но значительное отличие от случая садизма заклю­чается в том, что во влечении к разглядыванию можно различить еще более раннюю ступень, чем описанная под рубрикой а. Влечение к разглядыванию в начале своего проявления аутоэротично, оно хотя и имеет объект, но объект этот составляет собственное тело. Лишь позже оно производит замену этого объ­екта (путем сравнения) аналогичным объектом по­стороннего тела (ступень а). Это предварительная ступень интересна тем, что от нее исходят оба про­тивоположных положения окончательной пары, в за­висимости от того - наступает ли изменение в тот или другой момент развития (до ступени а или в ступени b). Схема влечения к разглядыванию имеет приблизительно следующий вид:

α) разглядывать самому половой орган = разгля­дывать самому собственный половой орган;


– 138 –


β) разглядывать самому чужой объект (активное влечение к разглядыванию);

γ) быть разглядываемым посторонним в качестве собственного объекта (наслаждение при показыва­нии — эксгибиционизм).


Такой предварительной ступени нет у садизма, который с самого начала направлен на посторонний объект, хотя совсем не было бы бессмысленным скон­струировать такую фазу, исходя из стараний ребенка овладеть своими членами.

К обоим рассматриваемым здесь примерам влече­ний относится замечание, что превращение влечения посредством поворота от активности к пассивности и обращения на самого себя никогда не распространяется на влечение во всем его объеме. Более позднее активное направление влечения в известной мере сохраняется наряду с более ранним, пассивным, даже и в том случае, если процесс превращения влечения зашел очень далеко. Относительно влечения к разглядыва­нию самым правильным было бы сказать, что все ступени развития влечения, как предварительная ауто­эротическая ступень, так и активная и пассивная ко­нечные формы его, существуют одновременно, и это утверждение становится совершенно очевидным, если в основу своего суждения положить не действия, на которые влечение толкает, а механизм удовлетворения. Впрочем, быть может, было бы правильно держаться еще одного способа понимания и изложения этих яв­лений. Все проявления влечений можно разложить на отдельные, разделенные на временные промежутки и одинаковые за весь период данного (любого) проме­жутка, толчки, относящиеся друг к другу, как, на­пример, последовательные извержения лавы. В таком случае можно себе представить, что первый и самый первоначальный порыв влечения протекает без изме-


– 139 –


нений и не претерпевает вообще никакого развития. Следующий порыв с самого начала подвергается из­менению, вроде поворота в сторону пассивности, и присоединяется затем к прежнему течению, сохраняя свой новый характер пассивности, и так далее. Если бросить взгляд на данное влечение с начала его за­рождения до определенного момента, то описанная последовательность порывов, толчков должна дать кар­тину определенного развития влечения.

Тот факт, что в определенный поздний период развития влечения можно наблюдать его (пассивное) противоположное течение, заслуживает быть отмечен­ным и назван прекрасным термином, введенным В1еи1ег'ом: амбивалентность.

Ход развития влечения становится нам понятным, если иметь в виду всю историю развития его и по­стоянство серединных ступеней. Опыт показывает да­лее, что размеры наблюдаемой амбивалентности ме­няются в высокой степени у индивидов, человеческих групп или рас. В ярко выраженной амбивалентности влечений у современного человека можно видеть ар­хаическое унаследование, так как у нас есть основание полагать, что в первобытные времена известная часть непревращенных активных импульсов в проявлениях влечений была большей чем теперь.

Мы уже привыкли называть нарциссизмом раннюю фазу развития «Я», когда половые влечения удовлетворяются аутоэротически, не исследуя пока вопроса о взаимоотношениях между нарциссизмом и аутоэротизмом. В таком случае мы должны сказать, что предварительная ступень влечения к разглядыва­нию, когда объектом разглядывания является собст­венное тело, относится к проявлениям нарциссизма, представляет из себя нарциссическое образование. Из этой ступени развивается активное влечение к разгля­дыванию благодаря тому, что оно разрывает с нар-


– 140 –


циссизмом, между тем как пассивное влечение к раз­глядыванию крепко держится нарциссического объек­та. Точно также превращение садизма в мазохизм означает возврат к нарциссическому объекту, между тем как и в том и другом случае нарциссический субъект заменяется другим посторонним «Я» посред­ством идентификации. Принимая во внимание кон­струированную нарциссическую предварительную сту­пень садизма, мы этим приближаемся к более общему взгляду, что судьба влечений, выражающаяся в обо­роте к собственному «Я» и в превращении из актив­ности в пассивность, зависит от нарциссической орга­низации «Я» и носит на себе печать этой фазы раз­вития. Эта судьба, может быть, соответствует попыткам отражения, которые на более высоких сту­пенях развития «Я» достигаются другими средствами.

Тут мы должны вспомнить, что до сих пор наш разбор касался только двух противоположных пар: садизм — мазохизм и страсть к подглядыванию страсть к показыванию себя. Это самые известные амбивалентно встречающиеся сексуальные влечения. Остальные компоненты позднейшей сексуальной функ­ции еще не доступны в достаточной мере анализу, чтобы могли быть разобраны таким же образом. О них мы можем сказать в общем, что они проявляются аутоэротически, то есть что объект их исчезает, уступая место органу, являющемуся их источником, и обыкновенно совпадает с ним. Объектом страсти к разглядыванию, хотя сначала и составляющим часть собственного тела, является, однако, не сам глаз, а при садизме органический источник влечения — веро­ятно, активная мускулатура — определенно указывает на другой объект, хотя бы и на собственном теле. При аутоэротических влечениях органический источ­ник играет настолько решающую роль, что, соглас­но приемлемому предположению P. Federn'a и


– 141 –

L. Jekels'a, форма и функция органа имеют решаю­щее значение при определении активности и пассив­ности цели влечения.

Превращение влечения в его (материальную) про­тивоположность наблюдается только в одном случае, при превращении любви в ненависть. Так как оба эти чувства особенно часто встречаются одновре­менно по отношению к одному и тому же объекту, то это одновременное существование представляет из себя самый лучший пример амбивалентности чувств.

Случай любви и ненависти приобретает особый интерес благодаря тому обстоятельству, что он не подходит под картину нашего описания влечений. Нельзя сомневаться в теснейшей связи между этими двумя противоположными чувствами и сексуальной жизнью, но нельзя согласиться со взглядом на способность любить, как на особое частичное влечение, подобное другим влечениям. Скорее следует видеть в способности любить выражение всего сексуального стремления полностью, но и это оказывается не совсем верным, и не знаешь, как понимать материальную противоположность этого стремления.

Любовь способна не только на одну, но на три противоположности. Кроме противоположности лю­бить — ненавидеть, имеется еще другая: любить — быть любимым, и, кроме того, «любить» и «ненави­деть», вместе взятые, противопоставляются еще состо­янию индифферентности или равнодушия. Из этих трех противоположностей вторая, то есть «любить — быть любимым» соответствует обороту от активности к пассивности и допускает возможность упрощения, до одной основной ситуации, как страсть к разгляды­ванию. Эта ситуация гласит: любить самого се­бя, что для нас характеризует нарциссизм. В зави­симости от того, происходит ли замена объекта или субъекта, получается активное стремление любить или


– 142 –


пассивное стремление быть любимым, причем послед­нее остается близким к нарциссизму.

Может быть, можно приблизиться к лучшему пони­манию различных противоположностей «любить», если принять во внимание, что душевной жизнью вообще владеют три полярности, противоположности:


субъект («Я») — объект (внешний мир);

удовольствие, наслаждение (Lust) — неудовольствие;

активный — пассивный.


Противоположность «Я» — «не-Я» (внешнее) (субъект — объект), как мы уже упоминали, рано навязывается каждому живому существу благодаря сделанному наблюдению, что оно может успокоить внешние раздражения при помощи мускульных дей­ствий, а против раздражений влечений оно совершенно беспомощно. Особенно в своей интеллектуальной де­ятельности оно остается самодержавным, и этим со­здается основание для развития способности к иссле­дованию внешнего мира, которое никакими стараниями не может быть изменено. Полярность наслажде­ние — неудовольствие (Lust—Unlust) связа­на с целым рядом ощущений, решающее влияние ко­торых на наши поступки (волю) уже подчеркивалось. Противоположность активный — пассивный нельзя смешивать с противоположностью: «Я»-субъект — внешнее-объект. «Я» относится пас­сивно к внешнему миру, когда получает от него раз­дражения; и активно, когда реагирует на эти раздра­жения. Но к особенной активности по отношению к внешнему миру его вынуждают влечения, так что, подчеркивая самое существенное, можно сказать: «Я»-субъект относится пассивно к внешним раздражениям и активно благодаря собственным влечениям. Проти­воположность активный — пассивный сливает-


– 143 –


ся позже с противоположностью мужской — жен­ский, которая до этого момента слияния не имеет никакого психологического значения. Спайка актив­ности с мужественностью, пассивности с женственнос­тью выступает перед нами как биологический факт; но она никоим образом не проявляется так исключи­тельно и так сильно, как мы склонны полагать.

Эти три психические полярности вступают между собой в объединения, имеющие очень большое значе­ние. В одной первичной психической ситуации стал­киваются две из них. Сперва, в самом начале душевной жизни. «Я» находится во власти влечений и отчасти способно удовлетворять на самом себе свои влечения. Это состояние мы называем нарциссизмом, а саму возможность удовлетворения аутоэротической.1 Внешний мир в этот период жизни не привлекает к себе (вообще говоря) интереса и безразличен для удовлетворения влечений. В то время «Я»-субъект совпадает таким образом с тем, что дает наслаждение, внешний мир — с безразличным (иногда и неприятным как источником раздражения). Если мы охарактери­зуем любовь пока как отношение «Я» к источникам


1 Часть сексуальных влечений, как мы знаем, способна на такое аутоэротическое удовлетворение, и, следовательно, может стать носителем описываемого ниже развития под господством принципа наслаждения (Lustprinzip). Дру­гая часть сексуальных влечений, требующих с самого нача­ла объекта и потребности влечений «Я», которые никогда не могут быть удовлетворены аутоэротически, разумеется, нарушают это состояние и подготовляют дальнейшее разви­тие. Больше того, первичное нарциссическое состояние не могло бы достичь такого развития, если бы каждое сущест­во в отдельности не переживало бы периода беспомощ­ности и ухода, во время которого его насущные потребности удовлетворяются посредством вмешательства из­вне, и благодаря этому задерживается общее развитие.


– 144 –


своего наслаждения, то ситуация, в которой «Я» любит только самого себя и равнодушно к окружающему миру, выясняет первую из противоположностей, ко­торую мы нашли по отношению к «любить».

«Я» не нуждается во внешнем мире, поскольку оно аутоэротично, но оно получает из этого мира объекты вследствие переживаний влечений к самосохранению и не может избежать того, чтобы не воспринимать в тече­ние некоторого времени внутренних раздражений вле­чений как неприятных. Находясь во власти принципа наслаждения, «Я» проделывает дальнейшее развитие. Оно воспринимает в себя предлагаемые объекты, по­скольку они являются источниками наслаждения, ин­троецирует их в себя (по выражению Ferenczi), а с другой стороны, отталкивает от себя все, что внутри него становится поводом к переживанию неудовольст­вия, неприятного (см. ниже механизм проекции).

Таким образом, оно из первоначального реального «Я» (Real-Ich), различавшего внутреннее и внешнее на основании объективного признака, превращается в чистейшее «наслаждающееся "Я"» (Lust-Ich), для которого признак наслаждения выше всего. Внеш­ний мир распадается для него на часть, доставляющую наслаждение, которую оно восприняло в себя, и на ос­таток, чуждый ему. Из собственного «Я» оно отделило часть, которую отбрасывает во внешний мир и ощущает его как враждебный. После такой перегруппировки снова восстанавливаются обе полярности:


«Я»-субъект — с наслаждением.

Внешний мир — с неудовольствием (с прежним безразличием).


Вместе с проникновением объекта в ступень раз­вития первичного нарциссизма достигает своего раз­вития и вторая противоположность любви — нена­висть.


– 145 –


Как мы слышали, объект преподносится «Я» из внешнего мира влечениями к самосохранению, и нельзя не согласиться с тем, что и первоначальный смысл ненависти выражает отношение к чужому, доставля­ющему раздражения внешнему миру. Индифферент­ность подчиняется ненависти, неблагосклонности как специальная форма ее, после того как она появлялась как ее предшественница. Внешнее, объект, ненавистное были сначала идентичными. Если позже объект пре­вращается в источник наслаждения, то он становится любимым, но в то же время сливается с «Я», так что для чистого «"Я"-наслаждение» объект опять-таки совпадает с чужим ненавистным.

Но теперь мы начинаем замечать, что, подобно тому, как противоположная пара: любовь — индиф­ферентность отражает полярность «Я» — внешний мир, так вторая противоположность: любовь — нена­висть воспроизводит связанную с первой полярность: наслаждение — неудовольствие. После того как чисто нарциссическая ступень сменяется ступенью объекта, наслаждение — неудовольствие обозначает отношение «Я» к объекту. Если объект становится источником ощущений наслаждения, то выявляется моторная тенденция, которая приближает объект к «Я», сливает его с «Я»; мы говорим тогда также о «притяжении», которое оказывает дающий наслажде­ние объект, и говорим, что мы любим этот объект. Наоборот, когда объект становится источником непри­ятных ощущений, неудовольствия, то возникает тен­денция увеличить расстояние между ним и «Я», по­вторить на нем первоначальную попытку бегства от посылающего раздражения внешнего мира. Мы ощу­щаем «отталкивание» объекта и ненавидим его; эта ненависть может впоследствии усилиться до склон­ности к агрессивным действиям против объекта, до намерения уничтожить его.


– 146 –


Можно было бы в крайнем случае сказать про какое-нибудь влечение, что оно «любит» объект, к ко­торому стремится для своего удовлетворения. Но странно звучит для нас выражение, что влечение «не­навидит» объект, — и это обращает наше внимание на то, что отношения любви и ненависти неприменимы к отношениям влечений к своим объектам, а только к отношениям всего «Я» к объектам. Наблюдения над безусловно глубокими по своему смыслу оборотами нашей речи указывают нам на дальнейшие ограничения значения любви и ненависти. Относительно предметов, служащих целям самосохранения, не говорят, что их любят, а подчеркивают, что нуждаются в них и вы­ражают еще другого рода отношения, употребляя сло­ва, обозначающие очень ослабленную степень любви, как, например: охотно делаю, нахожу приятным, мне нравится.

Слово «любить» все больше приближается к сфе­ре чистых отношений наслаждения «Я» к объекту и, в конце концов, фиксируется на объектах, в тесном смысле сексуальных, и на таких объектах, которые удовлетворяют потребности сублимированных сексу­альных влечений. Отделение влечений «Я» от сексу­альных, которое мы навязали нашей психологии, ока­зывается, таким образом, в полном согласии с духом нашего языка. Если у нас нет привычки говорить, что отдельное сексуальное влечение любит свой объект, но находим самое большое соответствие в употреблении слова «любить» для обозначения отношений «Я» к своему сексуальному объекту, то наблюдение показы­вает нам, что применение этого слова для обозначения этих отношений начинается только с момента синтеза всех частичных влечений сексуальности под приматом гениталий и в целях функции продолжения рода.

Замечательно, что в употреблении слова «ненави­деть» не проявляется такая близкая связь с сексуаль-


– 147 –


ным наслаждением и с сексуальной функцией, а ре­шающее значение, по-видимому, имеет только отноше­ние неприятного, неудовольствия. «Я» ненавидит, ис­пытывает отвращение, преследует с целью разрушения все объекты, которые становятся для него источником неприятного, независимо от того, лишают ли они его сексуального удовлетворения или удовлетворения по­требностей самосохранения. Можно даже утверждать, что настоящие прообразы отношений ненависти исхо­дят не из сексуальной жизни, а из борьбы «Я» за само­сохранение и самоутверждение.

Любовь и ненависть, представляющиеся нам пол­ными материальными противоположностями, находят­ся друг к другом все же не в простых взаимоотно­шениях. Они возникли не из расщепления чего-то, первоначально общего, а имеют различное происхож­дение и прошли — каждое чувство в отдельности — особое развитие до того, как сформировались в про­тивоположности под влиянием отношений наслажде­ния — неудовольствия. Здесь перед нами возникает задача дать цельное и полное описание того, что нам известно о происхождении любви и ненависти.

Любовь берет свое происхождение из способности «Я» удовлетворять часть своих влечений аутоэротически, испытывая наслаждение от функции органов. Первоначально она нарциссична, затем переходит на объекты, которые сливаются с расширенным «Я», и выражает в виде источника наслаждения моторное стремление «Я» к этим объектам. Она тесно соеди­няется с проявлениями позднейших сексуальных вле­чений, и после того как их синтез закончен, она совпадает с сексуальным стремлением в полном его объеме. Предварительные ступени любви, оказывается, совпадают с временными переходными сексуальными целями в тот период, когда сексуальные влечения проделывают свое сложное развитие. Как первую из


– 148 –


этих предварительных ступеней любви мы открываем стремление проглотить (einverleiben) или со­жрать (fressen), — вид любви, соединяющийся с прекращением отдельного существования объекта и поэтому заслуживающий названия амбивалентного. На более высокой ступени прегенитальной садистически-анальной организации стремление к объекту проявля­ется в форме стремления к овладению, которому без­различно, будет ли при этом поврежден или уничтожен объект. Эту форму предварительной ступени любви вряд ли можно отличить по ее отношениям к объекту от ненависти. Только по формировании генитальной организации любовь становится противоположностью ненависти.

Как проявление отношения к объекту ненависть старше любви, она соответствует самому первоначаль­ному отстранению нарциссическим «Я» внешнего ми­ра, доставляющего раздражения. Как выражение вы­званной объектами реакции неудовольствия ненависть сохраняет тесную связь с влечениями самосохранения, так что между влечениями «Я» и сексуальными вле­чениями легко могут образоваться отношения проти­воположности, повторяющей такое же отношение меж­ду ненавистью и любовью. Если влечения «Я» гос­подствуют над сексуальными влечениями, как, напри­мер, на ступени садистически-анальной организации, то они придают и цели влечения характер ненависти.

История развития и отношений любви объясняет факт, что она так часто проявляется амбивалентно, то есть, сопровождается ненавистью по отношению к тому же объекту. Примесь ненависти в любви отчасти происходит от не вполне преодоленной предваритель­ной ступени любви, отчасти она вытекает из реакций отклонения этого чувства со стороны влечений «Я», которые могут оправдываться реальными и актуаль­ными мотивами при столь частых конфликтах между


– 149 –


интересами «Я» и любви. В обоих случаях, следова­тельно, примесь ненависти исходит из источников вле­чений к самосохранению. Если любовные отношения к какому-нибудь объекту обрываются, то нередко вмес­то них появляется ненависть, отчего у нас получается впечатление превращения любви в ненависть. Но более широкий, чем описанный, взгляд обнаруживает, что мотивированная реальными причинами ненависть уси­ливается еще вследствие регрессии любви на предва­рительную садистическую ступень, так что ненависть получает эротический характер и создается, таким образом, нерушимость любовных отношений.

Третья противоположность любви, превращение «любить» — в «быть любимым» соответствует действию полярности активности и пассивности, и ее следует рассматривать так же, как случаи страсти к разглядыванию (Schautrieb) и садизма. Обобщая, мы можем особенно подчеркнуть, что участь влечений состоит в сущности в том, что влечения подвер­гаются влиянию трех больших полярно­стей, господствующих в душевной жиз­ни. Из этих трех полярностей активность пассив­ность можно было бы назвать биологической, «Я» — внешний мир назвать реальной и, наконец, наслажде­ние (Lust) — неудовольствие, неприятное (Unlust) — экономической полярностями.

Судьба влечения вытеснения составит предмет следующего исследования.


– 150 –


ПРИМЕЧАНИЕ. Номера страниц в данном тексте указаны так, как даны в книге.


Текст печатается по изданию: Зигмунд ФРЕЙД. Основные психологические теории в психоанализе. Очерк истории психоанализа: Сборник. СПб., «Алетейя», 1998. / Фрейд З. Влечения и их судьба. С 124 – 150.

Схожі:

Остров доброты татьяны бонне iconТема Предмет І метод мікроекономіки
Дайте відповідь на наступні питання: Накреслите квп економіки цього острова. Чи можуть остров'яни добути в день 50 кокосів й 30 крабів?...
Остров доброты татьяны бонне iconДокументи
1. /Урок доброты.doc
Остров доброты татьяны бонне icon15 октября 2012 г. 3 декабря 2012 г проводят номинацию «Изобразительное и декоративно-прикладное искусство»
Приглашаем принять участие в ХIV межвузовском творческом конкурсе, посвященном дню святой Татьяны, который будет проходить с 15 октября...
Остров доброты татьяны бонне iconДаад (Німецька служба академічних обмінів)
Бонне. Его членами могут быть все вузы и представительства студентов, которые представлены в немецкой Конференции ректоров высших...
Остров доброты татьяны бонне iconДокументи
1. /интервью/18 МНПС.doc
2. /интервью/Аграрии...

Остров доброты татьяны бонне iconДокументи
1. /интервью/18 МНПС.doc
2. /интервью/Аграрии...

Додайте кнопку на своєму сайті:
Документи


База даних захищена авторським правом ©zavantag.com 2000-2013
При копіюванні матеріалу обов'язкове зазначення активного посилання відкритою для індексації.
звернутися до адміністрації
Документи